ВЫСТАВКИ > 2006

Групповая выставка
"Художники рисуют. А4, шариковая ручка"
графика



21 декабря 2006 - 13 января 2007
Презентация - 21 декабря 2006, четверг, 19.00

Участники:
 
Аполлонов Алексей, Бабак Александр, Бажай Василий, Бевза Петр,Белов Анатолий, Бовкун Владимир, Бондаренко Вадим, Будников Владимир, Вайсберг Матверй, Гейко Марко, Гнилицкая Оксана, Гнилицкий Александр, Губианури Бадри, Гусев Игорь, Денисюк Антонина, Друганов Александр, Животков Александр, Исупов Илья, Кавсан Дмитрий, Кадан Никита, Кадырова Жанна, Кауфман Владимир, Кахидзе Алевтина, Керестей Павел, Ковач Павел, Кривенко Николай, Криволап Анатолий, Маков Павел, Мамсиков Максим, Матвиенко Александр, Маценко Николай, Наконечная Лада, Панасенко Александр, Панич Сергей, Ралко Влада, Реунов Винни, Ройтбурд Александр, Сагайдаковский Андрей, Семенов Александр, Сидоренко Анна, Сильваши Тиберий, Скугарева Марина, Соломко Юрий, Степаненко Анатоль, Сухолит Александр, Табака Тарас, Тистол Олег, Турянская Елена,Харченко Александр, Хоменко Леся, Цаголов Василий, Чайка Сергей, Чепелык Оксана, Шейх-Заде Имсет, Шерешевский Владислав, Юрашко Влад, Якунин Сергей, Янович Игорь.

далее >>
далее >>
далее >>

Тексты

Евгений Карась

 

Идея этого проекта родилась из разговора с Николаем Кривенко, который предложил сделать групповую выставку рисующих художников, и усовершенствовалась в своем окончательном формате «А4, шариковая ручка» Винни Реуновым.


В проект мы пригласили ведущих художников и не очень ведущих, некоторые из которых сформировали идеологический совет, в частности для конкурсной части проекта, хотя даже классики были подвергнуты эстетическому остракизму. Я очень рад достигнутому. Невероятно приятно, что к реализации «А4» примкнули наши друзья и единомышленники – Владимир и Игорь Сало. Их участие нам очень помогло.


Я благодарен моим друзьям художникам, которые перешерстили более полутысячи листов для выбора искомой полторы сотни работ, вошедших в экспозицию и каталог. Вот они, герои: Тиберий Сильваши, Влада Ралко и Владимир Будников, Олег Тистол и Николай Маценко.

 


Евгений Карась


 

 

Владимир Сало

 

Проект «А4» впечатляет прежде всего легкостью и изящностью идеи соединения офисных демократичных принадлежностей и элитарного искусства.

Обычная бумага, которую складывают стопками, мнут, режут на полоски машинами-уничтожителями, и ручки, закупаемые пачками, которые постоянно теряются и выбрасываются недописанными... Это те инструменты, которые находятся в обиходе каждого человека. Они, кроме важной функции транспортеров кабинетной информации и до недавнего времени носителей эпистолярного жанра, в данном проекте выполняют редкую роль – предмета искусства.

Моя семья и коллеги с радостью участвуем в «А4», потому что эта идея соединяет повседневный материал и уникальную творческую деятельность, ведущих и начинающих художников Украины. Не так часто возникают арт-проекты, которые открывают двери для всех желающих универсальностью материалов и отсутствием тематических границ, и которые вместе с тем, а в данном проекте благодаря авторитету и профессионализму галереи «Ателье Карась», выдерживают высокий художественный уровень.


Владимир Сало


 

 

Искусство-light

«Многие годы я, в силу своих возможностей, самоотверженно занимался творчеством, помогая себе всеми частями тела, в отдельных случаях даже самыми сокровенными. Искал форму, композицию — одним словом, всё то, что полагается человеку, решившему всецело посвятить свою жизнь искусству. Пока не осознал, что жизнь — это длинный и скучный урок, по сути дела, ничем не отличающийся от 45-минутных отрезков когда-то потерянного времени. Единственное, что спасает и не дает окончательно ебнуться — это рисование шариковой ручкой на тетрадных листочках, как в течение вышеупомянутых загубленных временных отрезков под монотонный пиздежь о косинусах и тычинках»…

Стас Волязловский

Художники по-прежнему пытаются компенсировать загубленное в поисках «формы и композиции» время несанкционированным творчеством. Они — за свободу самовыражения», поэтому легко переключаются с самого товарного «холст&масло» на самый демократичный формат «А 4 & ручка». Авторская манера «почеркушек» вполне узнаваема — пейзажи Криволапа, мрачные силуэты монструозных памятников у Чайки, люди-коконы у Сидоренко... Смысл перевода из «нетленки» в «треш» — в дематериализации, в особенно популярной сейчас левой риторике противостояния материальных и символических ценностей, в экзистенциальной тоске по «Nothing» (название работы Друганова). Художники верят, что этим клочкам бумаги, выплескам «чистой креативности», которые, вроде бы, вовсе и не были предназначены для людских глаз, удастся избежать печальной участи винтика в системе репрезентации. Ибо сегодня принято позиционировать себя по отношению к ней аутсайдером и творцом подлинных символических ценностей. «Нон-спектакулярные» проекты, как это громко заявляют о кризисе, который отнюдь не нов — длится он, ни много ни мало, начиная с эпохи романтизма. Заставляя творческие личности терзаться раздвоением на две враждующие ипостаси: с одной стороны, все стремятся успешно встроиться в арт-систему, с другой — в уничижительном тоне критикуют «буржуазные ценности» — товарность, зрелищность, сделанность. 

Блаженны маргиналы и косящие под них, так как приближены к истокам творчества и свободны от условностей «удушающей цивилизации», — считал некогда идеолог «арт-брюта» Жан Дюбюффе. Он же обозначил выливающийся на бумагу поток образов не поддающимся буквальному переводу термином «hourloupe». Вариации на тему «А4» напоминают, что «арт-брют» — это не только искусство аутсайдеров в узком смысле, но игра, в которую на равных играют  профессионалы. Графоманы в лучшем смысле этого слова, такие как Стас Волязловский, «пишут» свои рефераты по современному искусству с картинками только на случайно попавших под руку помоечных материалах, как-то: обтрепанные листики или старые тряпки. Его «шансон-арт», вышедший из недр народного сознания — это, как правило, похабные рисунки и бредовые тексты, в которых искусство ведет активный «диалог с безумием». До сих пор Волязловскому удавалось успешно держать бред под контролем, уводя сетования по поводу несостоявшейся (из-за нестыковки в пространственно-временном континууме) встречи двух национальных гениев — Шевченко и Пушкина, — в сторону безобидного абсурда... Симптомы «арт-брюта» — когда шизофреническая разорванность сознания воплощается в расчлененных, трансформирующихся, вырастающих друг из друга телах и формах, — считываются у Влады Ралко, Андрея Сагайдаковского, Александра Ройтбурда... Впрочем, большинство остальных участников похоронило эстетическую теорию «спонтанно-бессознательного рисования» в сундуке с нафталином, откуда ее не принято извлекать без особой надобности: беря в руки бумагу и ручку, они руководствуются более актуальными-идеологическими мотивациями; программно создают «анти-продукт», искусство-light, лишенное своей вредоносной материальной субстанции, поддающейся измерению в денежном эквиваленте. В этом, безусловно, есть своя логика — как не единожды замечали, сегодня торжествует специфический «поп-вкус», делающий главным мерилом художественной ценности произведения его цену. Унифицирующий «нон-профитный» формат проекта примиряет молодое поколение середины 2000-х, называющее художников прошедшего десятилетия занимающимися самотиражированием, «частными предпринимателями», и «ветеранов» 1990-х, считающих поколение 2000-х «циничными рыночными прагматиками». Возможно, предположение, что в произведении существует некий баланс материальной и символической ценности (если убудет одной, то прибудет другой), и покажется слишком наивным, но как бы там ни было, где «нет денег нет и проблем»: идея «бестелесного» искусства на время сглаживает противоречия расколотой художественной среды.                                   


Виктория Бурлака
апрель 2007, Киев